Пользовательского поиска
Новости Библиотека Породы собак Кинология Ссылки Карта проекта О сайте




предыдущая главасодержаниеследующая глава

Сказ о ящерице

На географических картах увековечены скунс (Чикаго), кабан или вепрь (Иври), конь (Конотоп) и прочая живность, от которой произошли наименования населенных пунктов. А вот города или хотя бы деревни — ящерицы вроде бы нигде в мире и не сыщешь.

Lacerta agilis
Lacerta agilis

Сколько людей носят лошадиные фамилии! Знаем мы инженера Лося, читали повести Белкина, знакомы с Собакевичем и княгиней Таракановой. А кто встречал фамилию Ящерицын? Не странно ли: ящерица-то создание милое, не чета таракану.

Извернуться змеей, собачиться, проворонить, распетушиться, прищучить, обезьянничать, коноводить... А где слова-образы, пошедшие от ящериц?

Возьмем книгу «Культ животных в религиях» З. П. Соколовой (кстати, фамилия автора зоологическая). Тут названо множество обожествленных птиц, быков и медведей, священных жуков и змей. А ящерица опять на задворках; наверное, только маори в Новой Зеландии думали, будто их душа после смерти находила пристанище в тельце юркого создания.

Как же так? Разве ящерицы кого-нибудь обидели? Или живность эта редкая? Ничуть не бывало: их полно не только за морями-океанами, но и вокруг — на территории нашей страны обитает 10 408 500 000 одних прытких ящериц. Да еще уйма ее родственниц: живородящих ящериц, проживающих аж у самого Полярного круга, агам и гекконов, предпочитающих жару...

Не прослышала ли про людское небрежение давнишняя наша соседка, летом то и дело попадающаяся на глаза, прыткая, или, как ее еще зовут в науке, обыкновенная ящерица? Иначе почему она захотела стать ярче, заметнее? Почему в начале нынешнего века у этих юрких обитателей земли в моде был серый цвет, а сейчас — коричневый? Самцы к тому же в зеленый цвет красят горло и брюхо. Правда, бывают и ярко-зеленые дамы.

И все же признаем: ящерицы подкрасились не для нас — иначе бы во время зимней спячки, укрывшись в норах от людского взгляда, они бы не темнели, не играли красками.

Однако оставим эмоции и возьмемся за рассказ.

Важнейшее дело в жизни ящериц — еда. Вспомним сказ Бажова. Медной горы Хозяйка «схлопала опять в ладошки, набежали ящерки — полон стол установили... щами хорошими, пирогом рыбным, бараниной, кашей и протчим, что по русскому обряду полагается». Но даже у Бажова ящерки не попробовали щей и каши. Может, потому, что потчевали мастера, заняты были?

Вообще-то обед они не готовят — съедают что подвернется, но с разбором. И разбор хитрый.

Среди знаменитых ресторанов есть чемпион по меню. Сколько в нем блюд — не знаю, а вот меню прыткой ящерицы в посвященной ей монографии заняло десять страниц. Больше трехсот блюд из разных букашек и таракашек. В роли щей и каши выступают жуки, а пирогов — бабочки и пауки.

Жуков полно и в лесу, и в степи. И чтобы их раздобыть, напрягаться особенно не надо. За пирогами же (бабочками и пауками) пускаются во все тяжкие. Иначе специалисты не писали бы, что «встречаемость чешуекрылых и пауков в пище ящериц в 4,5—5 раз выше, чем в природе». Зато божьи коровки, горькие и твердые, им не очень нравятся — в животиках юрких созданий среди жуков и прочих насекомых они попадаются в восемь раз реже, чем в природе. Выходит, божьи коровки для ящериц вроде приправы, горчицы. Пышнотелую же мягкую синюю муху наша прыткая соседка не ест вовсе. Почему?

Но не это самое странное. Взялись бы вы проглотить живую пчелу? Я — ни за какие коврижки. А ящерицы падки на пчел, как дети на варенье. Хвостатые сластены дежурят на пасеках, подкарауливая летающую сладость. Как им удается избежать пчелиного жала? Ответа на этот вопрос я не нашел. Зато нашел такие слова: «Еще издали услышав характерное жужжание возвращающейся со взятком пчелы, ящерица настораживается, приподнимает голову и затем быстрым и точным движением подпрыгивает вверх, схватывает насекомое часто еще до того, как оно опустилось на леток». За день сластена может проглотить десяток пчел — больше не влезет. Но для пасеки и это, увы, не безразлично. Как же отвадить ее от ульев? Довольно просто. Вернуться в свой дом, в норку ящерица может лишь со знакомой территории. Если охотницу поймать и унести метров за 250, то она, по ее понятиям, попадет в другую страну, на край света, и никогда не найдет ни прежнюю норку, ни улей.

У ящериц завидное терпение — они караулят на земле или камне до тех пор, пока мимо не полетит козявка, и тогда хватают ее языком. Притаившись на ветке, ждут, когда гусеница или муравей подползут чуть ли не ко рту. У них свои правила охоты на моллюсков и на дождевых червей. Разыскивают они и личинок, зарывшихся в почву. Как? Скорее всего, с помощью изощренного слуха: ящерицы, очевидно, воспринимают ультра - и инфразвуки.

Маленькому существу трудно приходится не только на охоте, но и во время еды. Чтобы проглотить здоровенную стрекозу, сперва нужно прикончить трепыхающегося крылатого хищника. Потом, мотая головой и кидая на землю, надо хорошенько размять жесткое блюдо. На это уходит около трех минут. Проглотив стрекозу или лесного клопа, ящерица тщательно, я бы сказал, удовлетворенно облизывается и, привстав на передние ноги, выгибает туловище, помогая дальнейшему продвижению объемистого неразжеванного блюда.

Скользкие улитки, вонючие клопы. Их не жалко. Пусть служат кормом. Другое дело бабочки: грустно оценивать их в калориях. (Дневной рацион обыкновенной ящерицы — один грамм еды, 3964 малых калории). Когда ящерка заглатывает хвост, отброшенный подругой, ее можно понять. Не пропадать же мясу попусту. Однако расстраиваешься, узнав, что обыкновенные самцы обыкновенных ящериц иногда пожирают детей — яйца, отложенные самками. Ни стыда, ни совести...

Наша мораль к рептилиям неприменима. Их миром правят свои законы. И правят неплохо: возраст рептилий почтенный — он на многие миллионы лет больше, чем у млекопитающих и тем более у людей. И если бы не хозяйствование самого сильного соперника всех животных — человека, рептилии жили бы припеваючи. Впрочем, и сейчас ящерицам не так уж плохо. Во всяком случае, лучше, чем глухарям или селедке.

Но вернемся к обширному меню прыткой ящерицы. «Не хватит ли растекаться мыслью по ее животу?» — подумает читатель. Нет, не хватит. Ящерица нас не объедает. Более того — ее аппетит дает прямой доход, оцененный в рублях. И об этом будет сказано в своем месте.

Говорят, будто есть мужской, женский и детский вкус. Это верно и для ящериц. Судите сами — на Рязанщине самки ловят бабочек чаще самцов, а те (невиданное дело!) теряют голову, завидя попрыгуний-стрекоз: глотают их в 26 раз чаще, чем самки. Хвостатая же детвора увлекается муравьями.

В меню значатся и утонченные вегетарианские блюда. Возле Грозного обыкновенные ящерицы подбирают упавшие ягоды шелковицы, в средней полосе лакомятся земляникой. Зеленая ящерица, живущая на Украине и в Молдавии, любит калину. А южноевропейская крупная жемчужная ящерица разнообразит свой стол виноградом и вишней. Если питаться ягодами, то и без воды можно обойтись. Но в лесной зоне ящерицы слизывают капельки дождя, караулят росу. Бывает, что они лакают воду, словно собаки или кошки. Вернее, черпают воду нижней челюстью.

Наевшись и напившись, следует заняться пищеварением. Так ящерицы и поступают. Они холоднокровны. Значит, можно плотно набить живот на ночь — изжоги не будет. Ведь переваривающая активность ферментов зависит от температуры, а ночью прохладно. Ночью переваривание либо замедляется, либо ферменты вообще отдыхают. Но не только ночью, а и вообще в прохладную погоду ящерице есть не хочется — пищеварение затягивается. А в теплую пору, чтобы переварить твердого жука, ей надо от 18 до 29 часов, муху — от 5 до 12 часов.

Я вовсе не хочу утверждать, будто ящерки только едят да переваривают. Есть у них и другие дела. Какие? А это пока неизвестно. Может, они попросту спят. Герпетолог М. Ф. Тертышников однажды на Ставрополье прохронометрировал распорядок дня взрослого самца. Из норы тот появился в 7 часов 45 минут утра. За день прошел 145 метров. Маловато, если даже считать, что стометровка для него — то же, что для нас километр. На протяжении дня самец не раз скрывался в норе и провел там в общей сложности шесть часов. Спать же он отправился в 18 часов 30 минут, то есть на поверхности пробыл чуть более четырех часов. И за это время успел наесться и напиться.

Ну а теперь обратим внимания на ящерицын ломкий хвост, теменной глаз и на непонятные дырки на бедрах.

Перво-наперво заметим, что шустрые создания понапрасну хвостами не бросаются. Да и вообще, хвост не такое хрупкое сооружение, как думают многие. Чтобы его оторвать у мертвой ящерицы, нужно приложить силу в 25 раз большую, чем она весит сама. В неволе, быстро привыкнув к человеку, ящерицы дают себя брать в руки — не кусаются и хвост оставляют при себе.

Когда отсекается часть тела — не обойтись без крови. А ящерицы обходятся: мышцы обрываются в месте их перехода в сухожилие. Кровеносные же сосуды сдавливает спазма. Хвост, потеряв хозяйку, еще долго ей служит, привлекая внимание хищника. Сила оторванного и вроде бы уже мертвого хвоста внушает уважение — он может дергаться часами! Там, где легко спрятаться от преследователей, число особей, которым пришлось расстаться с хвостом, невелико. Например, в лесистых Ивановской и Горьковской областях невзгоды заставляют отбрасывать хвост примерно одну особь из десяти. А в Крыму они вынуждены уродовать себя вчетверо чаще. Среди пострадавших больше самок, чем самцов. Неужели слабый пол слаб и на хвост?

Если вражеские зубы вопьются в хвост, ящерка резко сокращает мускулы и ломает позвонок. Сломать кость — дело нешуточное. А ломать нужно мгновенно, иначе в зубах преследователя окажется не только хвост. Здесь на выручку приходит эволюция: рвется не там, где тонко, а там где предусмотрено. Поперек позвонков хвоста лежат специально для того предназначенные неокостеневшие перегородки — по ним и происходит отторжение. Чаще всего ломается пострадавший позвонок, а не соседний. И неспроста — незачем терять больше того, что необходимо. В тяжелую минуту какой-то из оставшихся позвонков может снова спасти жизнь.

Из обрубка вырастает новый хвост, но уже без позвонков — его заменяет хрящ. Да и чешуя на обновке немного другая: темнее и иной формы. Бывает, что хвост только надорвется, висит на ниточке. Тогда все равно растет новый. Получается двуххвостая ящерица. Находили даже четыреххвостых особей. Жизнь с таким веником на конце не в радость, а в тягость: не во всякую щель юркнешь, не всякую муху поймаешь.

Нечто похожее на ящерицын хвост есть и у других животных. Так, бурундуки и зайцы спасаются от врагов схожим образом. Сперва удирают. А если убежать не удалось — расстаются с частью тела. Шкура зайца — вроде ящерицына хвоста: схватит лиса за бок, он дернется, и в лисьей пасти останется клок шерсти да кусок кожи, а из ободранного бока даже кровь не пойдет. Бурундук же спасает жизнь почти как ящерица — оставляет в зубах хищника пушистый хвостик. Но хребет бурундука не страдает: с хвоста соскакивает всего-навсего шкура-чехольчик.

То, что заяц и бурундук не трусы, доказано. И ящерицы не впадают в панику, хотя врагов у них предостаточно: медянки (половина всех съеденных ящериц кончают жизнь в их животах), цапли, аисты, коршуны, вороны, грачи, сороки, лисицы, барсуки, ежи, кроты...

При встрече с сильным и умным противником ящерица принимает смертельный бой. Крошечное существо впивается во врага, стискивает зубы и, закрыв глаза, повисает на его морде. Вот одно из наблюдений: самец прыткой ящерицы шипел и с разинутым ртом храбро прыгал навстречу нападавшей кошке. Родственницы нашей ящерицы неимоверно раздуваются, чтоб посильнее испугать неприятеля. А фринозома — рогатая ящерица, живущая в Мексике, защищается уму непостижимым образом: стреляет во врага собственной кровью.

Чтобы не исказить истину, процитирую два мнения. «В минуту опасности специальный мускул пережимает один из крупных кровеносных сосудов, что приводит к резкому повышению давления в кровеносных сосудах головы. При этом мелкие сосудики в мигательной перепонке глаз не выдерживают и лопаются, и кровь выбрызгивается прямо из глаз навстречу врагу. Неожиданный душ нередко обращает нападающего в бегство. Оружие действует в радиусе примерно полутора метров». В другой книге Дальнобойность фринозомы выглядит скромнее, да и само оружие поставлено под сомнение. Зато там говорится, что рогатая ящерица сама себе пускает С кровь и из носа. «Эти игуаны (рогатые ящерицы. — С. С.) обладают также своеобразной способностью выбрызгивать кровь из носа и глаз... При сильном возбуждении животного струйки крови из углов глаз вылетают на расстояние нескольких сантиметров. Значение этого приспособления не вполне ясно».

Сравните: если люди частенько пускают в глаза пыль, то ящерицы из глаз пускают кровь.

Однако не будем более заниматься далекой кровопускательницей. Вернемся к нашей обыкновенной ящерице, тем более что и с ней не все ясно. Взять хотя бы третий глаз. Правда, трехглазы не только рептилии — остатки теменного ока есть и у нас с вами — это так называемая шишковидная железа, весом 0,1—0,2 грамма. У человека третий глаз спрятан внутри черепа, а у ящериц лежит прямо под кожей. Чешуйки, прикрывающие его, образуют на голове светлое пятно. По строению теменное око весьма схоже с обычным глазом. Считают, будто ящерицын третий глаз видит — посылает в мозг информацию о световых волнах.

Вообще же этот глаз — на все руки мастер. Недавно узнали, что он вырабатывает гормоны и витамин Д. Стало также известно, что он точно меряет температуру воздуха, чтобы маленькое холоднокровное существо не замерзло или не перегрелось на солнце. Когда третий глаз сообщает, что становится жарко, ящерка ложится на живот, на несколько минут поднимает ноги и хвост, качает головой и моргает. Не помогают ли такие манипуляции сообразить, как поступать дальше? Не пора ли спрятаться в тень, залезть на дерево, чтоб обдуло ветерком, или можно еще побыть на солнышке?

Экспериментаторы обнаруживают все новые и новые его функции. Весьма возможно, что этот необыкновенный глаз и есть вместилище так называемого «седьмого чувства».

С чувствами ящерице повезло. Например, обонятельные доли занимают пятую часть длины мозга! Однако не только в размере дело: ее нюх замечателен тем, что может анализировать запахи спустя значительное время. Допустим, утречком острый раздвоенный язычок захватил частицы какого-то вещества и отправил их в углубление на нёбе, в так называемый якобсонов орган, где размещена химическая лаборатория. Анализ там можно сделать сразу или «в обеденный перерыв». Будь у нас такое свойство, мы могли бы впрок нюхать ландыши или фиалки.

Если заглянуть ящерице в рот, видны мелкие, чуть загнутые зубы. Ими не пожуешь — они для удержания добычи.

Внутри ящерицы тоже много своеобразного. Крошечное, весом 0,04 грамма сердце. (Треугольная печень вдесятеро тяжелее, она массивнее всех внутренних органов.) При похолодании на один градус Оно замедляет ритм на удар в минуту. Сердце гонит кровь, а та несет эликсир жизни — кислород. Так вот, перед спячкой ящерицы никак не надышатся — потребляют кислорода больше, чем летом. А теперь дошла очередь и до дырок на бедрах. По их поводу мнения специалистов разделились. И, да простят читатели, снова цитата. В коллективной монографии 1976 года «Прыткая ящерица» про дырки сказано так: «На внутренней поверхности бедер располагается ряд чешуек, имеющих в середине отверстие, из которого выделяется столбик ороговевших клеток. Эти чешуйки называются бедренными порами... Назначение бедренных пор пока еще точно не выяснено, но число их специфично для вида и пола». Давайте осмыслим сказанное. Из цитаты следует, что дырочки зияют на бедрах ящеров, если так называть самцов, и ящерок, если так называть самок. Кроме того, следует, что они постоянные. Про то же, зачем и когда выделяются столбики клеток и что с ними происходит, в этой книге не сказано.

В другом солидном труде столбики находят лишь у ящеров и только в период размножения. К тому же сказано, что дырочки на бедрах выделяют не ороговевшие клетки, а секрет. В третьей книге нечто вроде средней точки зрения. Вот и попробуй разберись...

Но оставим право поиска специалистам, а сами поближе ознакомимся с жизнью ящерицы. Тем более что в ее быте немало занятного.

Предупреждаю, что наша прыткая ящерица не очень-то прыткая. Есть пошустрее. Но и ее достижения впечатляют: скорость бега этой крохотной спринтерши восемь метров в секунду, почти тридцать километров в час! Мчится она не по прямой — У нее посложнее барьерного бега: поворот за поворотом, вираж за виражом. И не по гаревой дорожке, а по песку, который для маленького бегуна что Для нас булыжник. Ну вот, расхвалил я ящерку, а она и километра не пробежит — умается метров через двадцать.

Зато в других видах легкой атлетики успехи очевидны: четырехногие лилипуты и лилипутки в высоту прыгают на 40 сантиметров, в длину — на 60 (правда с небольшого холмика). Есть у хвостатых и чисто мужские виды спорта. Например, борьба. Без нее не выяснить, кто из ящеров выше чином и кто должен уступать дорогу; без борьбы не решить и семейных дел — не обзавестись подругой. Схватка прекращается, когда упрямый соперник опрокинут на спину—положен на лопатки. Но некоторые хвостатые спортсмены, обозлившись, нарушают правила: хватают зубами противника за челюсть и перекатываются с боку на бок с закрытыми глазами, пока побежденный не даст стрекача.

Плавание среди рептилий, пожалуй, более популярно у самок. Это и понятно — им плавать легче, они толще самцов. Стиль плавания — змееобразный, дальность заплывов — метров десять. Больше не могут. Устают. Плаванием невозможно заниматься даже после хорошо залеченной травмы — ящерицы с аутотомированными, отброшенными хвостами сразу же тонут. С новым некачественным хвостом и в беге не преуспеешь: трудно закладывать виражи. А мешает ли обновка альпинизму, лазанию по деревьям?

Спортсмены народ закаленный, но закалка обыкновенной ящерицы превосходит всякое воображение. Вот одна из невероятных процедур. В 1973 году под Карагандой биологи А. В. Яблоков и А. В. Валецкий видели, как юркие существа в десятиградусный мороз (немного грело апрельское солнце) носились по снегу. Потрясающе! Ведь наукой твердо установлено: при минус 4,9° ящерицы кончают счеты с жизнью. Наукой еще тверже установлено, что холоднокровные создания на морозе могут еле-еле шевелиться, если разница температуры тела и воздуха будет 30°. А тут беготня по снегу. Значит, существуют пока неведомые нам какие-то химические процессы, позволяющие прыткой ящерице раздобыть тепло внутри своего тельца. Может быть, наша обыкновенная ящерица на самом деле необыкновенна? Может, она не так уж холоднокровна, как думали? К сожалению, обычно не то что снег, даже летний дождь для нее серьезная помеха. Давайте снова откроем томик Павла Петровича Бажова. «Вот бегают ящерки. Так и мелькают по траве-то, как ровно играют. Тоже, видно, весело на солнышке. Загляделся на них Андрюха и не заметил, как облачко набежало. Запокапывало, и ящерки враз попрятались... Прошел дождик, опять ящерки появились. Туда-сюда шныряют и сухоньки все. Ну а ему холодно стало. К вечеру пошло — у солнышка уж ила не та. Андрюха тут и подумал: «Вот бы и человеку так же. Сунулся под камень — тут тебе и дом».

Хоромы у ящериц не только каменные, есть и земляные. Да и вообще каменный дом им не построить. Земляное же жилье роют ногами и действуют головой, словно буром. Не помогает ли им на земляных работах то, чего у большинства животных нет, — подвижный затылок? Ящерица устраивается и под кучей хвороста, и в дуплах, и в брошенных туристами бутылках, и даже под валяющейся газетой. Но, конечно же, нора превыше всего. Предполагают, будто есть дачи — летние норы — и капитальные зимние убежища, которые строят в понижениях, куда ветер сдувает снеговое одеяло.

В Белоруссии, под Ковелем, нашли замысловатый лабиринт, где ходами были соединены тридцать нор. Что можно предположить? Либо ящерицы зиму спали вместе, либо летом ходили друг к другу в гости. Вторая версия маловероятна - жить и кормиться они предпочитают на индивидуальных участках. Но не такие уж они индивидуалисты. До недавнего времени знатоки были уверены, будто семья и брак у ящериц мимолетны — какой-то там месяц. Но все больше копится сведений, что хвостатые супруги верны друг другу и не расстаются без причины. А причина одна — гибель партнера.

Для пребывания на этом свете обыкновенной ящерице отведено пять лет. Однако лишь один из четырех детенышей доживает до следующей весны. Самыми старыми, так сказать, патриархами оказываются не могучие гиганты, а хлюпики. Вернее, не Хлюпики, а те, кто медленно растет. То же и у рыб — быстрорастущие особи умирают раньше, чем медленнорастущие. Не стоит ли задуматься над этим в век акселерации? Не окажется ли для нас верным то, что справедливо для рыб и ящериц? Не придется ли констатировать, мол, тише едешь — дальше будешь?..

Выше уже было сказано, что вокруг нас обычно вертятся ящерицы двух видов — прыткая и живородящая. Распознать их можно по величине (живородящая мельче) и по тому, что спина прыткой ящерицы помечена тремя узкими светлыми линиями, а живородящей — темной полосой.

Титул живородящая пожалован этому созданию за то, что из отложенных яиц почти тотчас вылезают детеныши. По наблюдению профессора А. М. Никольского, самка производит их на свет вечером: отложив одно яйцо, передвинется вперед и кладет следующее. Яйца выстраиваются в одну линию, как на параде. Более мамаша детьми не интересуется. А те, выбравшись из яйца и увидя громадный мир, забиваются во впадинки или под камешки. Первые несколько дней они и носа не высовывают. Сидят голодные и холодные, поджав хвост в полном смысле слова.

Вообще-то живородящие особи и их потомки выносливей прытких — даже от дождя не всегда прячутся. А прыткие ящерицы дождя боятся по незнанию — без него бы им каюк. Ибо яйца надо пристроить хотя и не в лужу, но во влажное место. Они, пока не созреют детеныши, два месяца лежат в укромной ямке. Все это время кожистая оболочка яйца поит зародыш, впитывая окружающую влагу. Яйцо мало-помалу растет — к осени разбухает втрое!

И вот на свет появляются трехсантиметровые зверьки весом менее грамма. Воспитывать их некому — родители к той поре, когда детишки начинают приставать с расспросами, уже залегли в зимнюю спячку. Это вроде бы хорошо — старики не боятся уступить молодежи место в биосфере. Но, увы, по весне, проснувшись, взрослые начинают раздавать тумаки направо и налево — изгоняют невесть откуда взявшуюся мелюзгу со своей индивидуальной территории. И отпрыскам приходится искать счастья не возле родительской норки, а на чужбине.

Им не стоит забираться в глушь — лучше идти к человеку. Ибо в нетронутом лесу жить сложнее.

Не удивляйтесь, в дебрях ящериц меньше, чем на рубках. Им же солнышко нужно, а не тень. А репные ящерицы решили, что нынче лучше всего поселиться в лесополосе или в придорожном кювете. Сколь им по душе пришлись кюветы, говорит то, что под Евпаторию и на Керченский полуостров они пробрались лишь после строительства железной дороги и посадки лесополосы.

Лучше же всего ящерицам живется, если судить по упитанности, по весу, на реке Урал и на Дону — здесь обитают гиганты весом более двадцати граммов (средний вес вдвое меньше).

Сотрудница Ростовского университета Г. П. Лукина писала, что на полях, где урожай убирают раздельным способом, ящерицы так и шныряют под валки необмолоченного хлеба. Еще бы не шнырять: здесь тепло, тут укрытия под боком (в случае чего можно шмыгнуть в, нору полевой мыши), да и с насекомыми дела обстоят неплохо — есть чем поживиться. Вот мы и вернулись к разговору об аппетите ящериц, который приносит нам прямой доход в рублях. Живут они в лесу, в степи и в горах. Меню их различно, но повсюду оно включает от 35 до 98% вредных для сельского хозяйства насекомых.

На обработку гектара угодий ядохимикатами в среднем тратят по 5,7 рубля. А посыпание ядами лесополосы обходится вдвое дороже. В лесополосе же, окаймляющей поле, за шестиногими следят по 110 ящериц на каждом гектаре; на бахчах, виноградниках и на посевах зерновых — от нескольких штук до 160. Если пересчитать их аппетит на ядохимикаты, получится, что прыткая ящерица «уничтожением вредителей компенсирует затраты от двух до одиннадцати рублей на каждые 10 га хозяйственно-полезных угодий». Если перемножить все гектары, где проживают ящерицы, на заработанные ими рубли, то незримый доход, который они приносят, будет многомиллионным.

И вот такое драгоценное создание мы оттеснили в кюветы, а кое-где и вовсе извели теми же ядохимикатами. Правда, прыткой ящерицы еще много. Но раньше было больше. И сказ о ней, вероятно, надо закончить так же, как кончается одна из глав уже Упоминавшейся объемистой монографии «Прыткая ящерица», написанной пятьюдесятью исследователями, изучавшими эту всем знакомую незнакомку. Увы, численность прыткой ящерицы быстро падает в Калужской области, во многих местах Сибири, на Ставрополье, в Латвии и Эстонии. Возле Махачкалы она пропала совсем. Пришло время заняться расселением и сбережением прыткого истребителя шестиногих.

Хочется верить, что весна у ящериц еще будет. А сколь они любят весну, свидетельствует то, что северная граница их местообитания располагается по изолинии зацветания черемухи. Это самый верный признак расцвета всей природы.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, разработка ПО 2001-2015.
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:
http://kinlib.ru "KinLib.ru - Библиотека по собаководству"